Представь: ты просыпаешься посреди шумного, пыльного города, где воздух будто напряжён до предела, как перед бурей. Вокруг — улицы Дакара, кипящие от протестов, гудящие сиренами, дымящиеся от горящих покрышек. Но самое страшное — это не город. Это то, что пристёгнуто к твоему телу. Взрывное устройство, которое тикает. И отсчёт уже идёт.Двое — мужчина и женщина, незнакомые друг другу, просыпаются именно так. Они не знают, как сюда попали, не помнят, что было до этого момента, и уж точно не понимают, почему они теперь связаны не только временем, но и смертельной угрозой. Их объединяет только голос — хриплый, отстранённый, звучащий по рации. Он не даёт объяснений, он даёт приказы. Жестокие, абсурдные, временами просто пугающие задания. И каждое — шаг ближе к непонятной цели… или к смерти.Вокруг них всё рушится — город, доверие, спокойствие. Толпа выходит на улицы, полиция не справляется, а люди, как обычно, просто пытаются выжить. На фоне этого хаоса герои бегут, прячутся, спорят, сходят с ума — но продолжают выполнять приказы. Потому что иначе — взрыв. Потому что иначе — смерть. И по мере того как тикает таймер, между ними, двумя абсолютно чужими людьми, начинает зарождаться что-то странное: не дружба, не любовь, но связь. Сложная, болезненная, вынужденная.Каждое задание, которое они выполняют, не просто приближает их к развязке. Оно вскрывает что-то в них самих — их страхи, тайны, ошибки, которые они прятали глубоко внутри. Им придётся не просто бежать и выживать, им придётся заглянуть в себя, вспомнить, от чего они бежали всё это время. Город, кажется, сходит с ума, но в этом безумии герои начинают осознавать: может, это не наказание. Может, это шанс. Шанс что-то исправить. Шанс выговориться. Или хотя бы умереть не как никто, а как человек.